Простой и удобный поиск
ритуальных услуг в Хабаровске

Разоблачен но не наказан (история из жизни)

(Рейтинг: 4,0 Голосов: 16)

60

6

20.10.2020

Разоблачен но не наказан (история из жизни)

Подняв воротник куртки, я брел по опустевшей из-за дождя улице. Как ни крути, а молодость прошла. И теперь я старый седой человек с печальными потухшими глазами. Усталое сердце неохотно выколачивало свое тихое тук-тук. Не хотелось убыстрять шаг. Я люблю дождь. Наверное, потому, что не умею плакать и всегда ощущаю какое-то непонятное облегчение, когда по лицу струятся дождевые капли. Сеня ждал меня в кафе возле фуникулера. Оглядев, неодобрительно покачал головой:

- Неважнецки выглядишь. Что-то случилось? Я слабо махнул рукой.

- Вроде все нормально, жизнь идет, да только ничего не радует. Чувствую себя стариком.

- Дело не в возрасте, - возразил Семен. - Это у тебя просто синдром хронической усталости. Весьма распространенный в наше время недуг.

- Так помог бы! - проворчал я. - Ты же врач.

- Да тут не лечение, а отдых главное. Тебе обстановку сменить надо. Поехать куда-то недельки на две. Новые впечатления, эмоции... Дорожные знакомства! Глядишь - и уйдет твоя хандра к чертовой матери!

Я не стал спорить. Уехать? Хорошо. Но работа, дом, семья держат крепко - вот и махнул на себя рукой. А тут друг со своими советами! Вздохнув, я перевел разговор на другую тему...

Ночью проснулся в холодном поту, жадно глотая ртом воздух. Провел ладонью по лицу, прищурился, вглядываясь во тьму, будто ожидал увидеть нечто страшное. То, что на протяжении многих лет превращало мои сны в ночные кошмары. Сквозь прикрытые занавески в комнату проникал слабый лунный свет, превращая предметы в спальне в призрачные силуэты.

Услышав рядом мирное посапывание жены, я немного успокоился. Дыхание выровнялось, сердце вошло в привычный ритм. Аккуратно скинув одеяло, тихо поднялся с кровати и босиком пошлепал в кухню. Щелкнув выключателем, подошел к умывальнику и, набрав в ладони холодной воды, плеснул в лицо. Промокнув его полотенцем, сел за стол, достал из лежащей на подоконнике пачки сигарету, закурил. Потягивая успокаивающий горький дым, впал в раздумья. Это были привычные размышления, которые всегда захлестывали меня, когда я оставался наедине с собой. Сегодня думал о словах Сени. Друг прав. Нужно уехать! И даже знаю куда...

Выйдя из автобуса, я внимательно осмотрелся вокруг. Прошло двадцать лет с тех пор, когда я был в этом городке последний раз.

Вид знакомых мест вызвал в памяти события, которые произошли со мной и одним из моих учеников. Одним из лучших учеников...

Городок был небольшой, поэтому дорога к единственной гостинице заняла каких-то десять минут. Здание осталось таким же, но внутри все выглядело по-другому. Я подошел к стойке администратора.

- Добрый день, - с улыбкой поприветствовала меня миловидная брюнетка. - Вам нужна комната?

- Да, — ответно улыбнулся я. — Мне хотелось бы остановиться у вас дней на десять. Это ведь возможно, правда?

- Нет проблем. Пожалуйста, паспорт, - женщина протянула руку за документом. Пролистав страницы, посмотрела на меня испуганным взглядом. - Извините, вы не-е-е... Впрочем, не важно. «Что это с ней?» - подумал я и сам напрягся. Неужели это Антонина? Ну да! Как же я сразу не узнал? Тоня Мещерякова когда-то была моей ученицей. Самой красивой девушкой в том классе, где... Приподнявшись со стула, Антонина протянула мне через стойку ключи от номера: «Возьмите». «Кажется, не поняла», — облегченно вздохнул я. Не хотелось, чтобы весть о моем приезде раньше времени разнеслась по городку. Это усложнило бы задуманное мной «нелегальное» расследование.

Со дня моего бегства утекло так много времени! Но я опасался, что людская ненависть до сих пор жива.

- Саша, - окликнула кого-то Тоня. - Отнеси вещи нашего гостя в десятый номер!

В мгновение ока рядом со мной появился черноволосый юноша. Смуглое лицо показалось мне удивительно знакомым. Откуда же я могу его знать?..

Пока размышлял, парень схватил с пола чемодан и потащил его по направлению к лестнице.

- А ну стой! - крикнула вслед ему Антонина. - Вот упрямец! Ты опять не пошел к парикмахеру?!

- Опять... Да не хочу я все время стричься под «ежик»! - раздраженно тряхнул курчавой шевелюрой парень. - Тем более что на носу каникулы.

- Какая разница? - продолжала Тоня. - Я хочу, чтобы у тебя была аккуратная прическа. А то ходишь, как бог знает кто...

Слушать дальше Александр не стал и, пыхтя, потащил чемодан по лестнице. Я поспешил вслед за юношей, чтобы помочь. Получив чаевые, парень тут же исчез, а я принялся распаковать вещи. Закончив, стал перед зеркалом. Интересно, Антонина действительно не поняла, кто я, или притворилась? Скорее второе. Но почему? Впрочем, вряд ли хоть кто-то будет мне в этом городе рад. Черт! Как вспомню... Ну почему, почему тогда все свалили на меня?! И кто на самом деле виноват в смерти Вани? Мне необходимо было сюда возвратиться, чтобы, наконец, найти ответ на этот вопрос. Хотя бы для себя самого...

Через пятнадцать минут я закрыл комнату и вышел на прогулку. Ноги сами привели меня к школе. Там как раз окончился урок. Ученики, галдя, выбежали во двор. Вышли также несколько учителей. «Наверное, никого из них не знаю... Новые все, - подумал я. - Хотя... Стоп!» Одно лицо привлекло мое внимание. Мужчина очень напоминал Юрия, учителя физики, который когда-то работал здесь вместе со мной. Правда, у того была копна густых русых волос, а этот мужчина был коротко острижен. Но мало ли что... Продолговатое лицо, худощавое строение тела... Вот только усы и борода... Тогда их точно не было! Поддавшись внутреннему импульсу, я шагнул навстречу:

- Юра... Здравствуй!

Мужчина удивленно вскинул голову.

- Простите... Мы знакомы?

- И даже приятельствовали... — я невольно запнулся. - Правда, очень много лет назад. Я тогда не был таким седым, а ты не носил бороду... Впрочем, во всем остальном ты не слишком изменился. Повзрослел, конечно, но...

Юрий, видимо, все еще пытался припомнить. А может, просто делал вид, что пытается?

- Неужели и, правда, забыл? Я Лагутин. Математику в этой школе когда-то преподавал.

- Степа-а-ан? - удивился Юрий. С некоторой задержкой он улыбнулся, протягивая мне руку. — Вот уж никогда бы не подумал, что свидимся! Ты здесь, какими судьбами?

- Приехал по делам. Дней на десять.

- По делам, говоришь? — он внимательно посмотрел мне в глаза. — Так вроде у тебя здесь никого не осталось.

- Ну как же, - возразил я, - а бывшие ученики?

- Ученики?.. Постой! Неужели прошлое не дает покоя?

- Ты прав, не дает, - честно признался я. - Вот и решил на старости лет себя реабилитировать. Хочу выяснить тайну смерти Ивана.

- Но зачем?! - занервничал вдруг бывший коллега. - Послушай добрый совет: не баламуть это чертово болото!

- Ну, знаешь... А может, я хочу умереть с чистой совестью!

- Или замарать других! Верно?

- Кого «других», Юра?

- Меня, к примеру! - воскликнул он. - Ты знаешь, сколько я из-за тебя тогда натерпелся?

- Ты? Из-за меня? - я недоуменно пожал плечами. - Брось! Когда люди вешали на меня всех собак, ты даже не попытался защитить друга! Пальцем не пошевелил! А говоришь, натерпелся.

- А что мне оставалось делать? Ведь никто не сомневался, что это из-за тебя Иван покончил с собой.

- Но ты-то не верил, что из-за меня!

- А толку? Ведь все остальные думали иначе. А еще считали нас друзьями, поэтому готовы были и меня за компанию сожрать!

- И ты струсил, - с горечью заметил я. - Конечно, зачем же защищать товарища? Пусть сам как-нибудь выпутывается, верно?

- Да не в трусости дело! - возбужденно отнекивался он. — Пойми, ты ведь знал, что можешь вернуться к родителям в Москву, а я... Я был накрепко привязан к этому месту. Как раз только получил жилье. Что бы я делал у родителей в деревне, где и школы-то не было? Коровам физику преподавал?

- Хорошо, забудем. Можешь считать, что я тоже поступил как трус. Когда сбежал отсюда...

- А теперь решил поиграть в детектива? - ухмыльнувшись, поинтересовался Юрий.

- Можно сказать и так. Ты мне поможешь?

- Даже не знаю, - мой собеседник рассеянно посмотрел в сторону школы. - У меня сейчас окно между уроками. Мы можем немного поговорить, если хочешь.

Выйдя из школьного дворика, мы расположились на обшарпанной скамейке в ближайшем сквере.

- Что слышно было от людей после моего отъезда? - спросил я, когда мы закурили.

- То же, что и до отъезда. Что Иван покончил с собой из-за тебя. Будто ты оказывал на него сильное давление. Настаивал, чтобы он не слушал мать, а ехал учиться в столицу. Мать с одной стороны давила, ты - с другой... Вот парень не выдержал и повесился.

- И все поверили в такую чушь?

- Ну почему... Было еще кое-что. В тот день Ваня возвратился домой с подбитым глазом и сказал матери, что его избил учитель. Причину избиения объяснить отказался. А потом... Потом она нашла его в ванной мертвым.

- Да я пальцем никого в своей жизни не тронул! А Ивана и вовсе любил. Как собственного сына! Уж кому, как не тебе, это знать! А то, что настаивал на поступлении в институт, так это для его же блага! Ваня был очень способный...

- А ты спрашивал его, хочет ли он этого? Может, ему хотелось остаться в родном городке и жить, как обыкновенный человек? Не было необходимости так давить на парня. Ты, как учитель, должен был это понимать...

Что ж, возможно, Юра прав. Я действительно настраивал Ваню на отъезд. Мне очень хотелось пробудить в нем здоровые амбиции, помочь вырваться из этого захолустья...

- Но почему же никто не попытался встать на мою защиту? - продолжал допытываться я.

- Ну почему же никто? Многие учителя считали, что тебя оговорили. Да и ученики тоже... - вспомнил Юрий. - Но открыто защищала только Аня Бойко... Помнишь, такая полненькая? Ее отец работал у нас завхозом...

- Помню. Она тогда еще всем девчонкам прически делала. Собиралась на парикмахера учиться.

- И выучилась. Теперь у нее собственный салон, - поведал мой собеседник. - От клиенток отбоя нет! А поначалу... Знаешь, трудно ей было, Степан... Ты уехал, а народ на нее переключился. Стали болтать, что она твоя любовница.

- Аня? - воскликнул я удивленно. - Боже, какой бред! Она же мне в дочки годится! Впрочем, если меня обзывали убийцей...

- Вот и не вороши прошлого. Не нужно. Себе же дороже...

- Значит, ты мне не поможешь в моем расследовании... - прервал я его рассуждения, скорее констатируя, чем спрашивая.

- Не помогу, — подтвердил он и стал пояснять: — Ты опять уедешь, а мне здесь дальше жить. Да мне просто здоровья не хватит от всех отбиваться!

Расстались мы довольно холодно. Отчасти я понимал Юрия, но в, то, же время был уверен, что если сейчас все брошу, не узнав правды, то так и умру подлецом. В гостиницу возвратился расстроенным.

- Миша, он пришел! - громко произнесла Антонина, по-прежнему сидевшая за стойкой администратора.

Дверь за ее спиной отворилась.

- Звала? - спросил появившийся в проеме здоровяк.

Я невольно вжал голову в плечи. Ого! Не мужик, а человек-гора! При этом он тоже показался мне очень знакомым. Я определенно знал его раньше. Подойдя ближе, присмотрелся. В висках застучало. Калыванов? Ничего себе вымахал! Но почему он здесь? Неужели стал мужем Антонины? Странно...

- Кого я вижу?! - между тем, паясничая, обратился ко мне бывший ученик. — Надо же, какая честь! Зачем пожаловали в наши края? Ах, да-а-а, преступника ведь всегда тянет на место преступления...

- Кончай валять дурака, Калыванов! - осадил его я. - Нашел преступника!

- А то нет?! - бывший ученик окинул меня взглядом, полным презрения. - Что смотрите? Все знают, что петлю на Ванькиной шее вы затянули! Фигурально, конечно, только это дела не меняет... В общем, не нужны нам с Антониной такие постояльцы!

- И чем же вас так смущает мое присутствие?

- А зачем нам антиреклама? Вряд ли кто захочет жить под одной крышей с убийцей. Да и нам с женой общаться с вами — мало приятного. Так что идите куда хотите, мы вас выселяем.

- Как это выселяете? - воскликнул я. - Не имеете права!

- Имеем, - Михаил язвительно ухмыльнулся. - Гостиница-то наша, - добавил самодовольно. - Кстати, я и вещички ваши уже сложил. Вот они... - он выдвинул из-за стойки мой чемодан.

- Ну, Калыванов! Не зря я тебе одни двойки ставил! Как был ты остолопом, так остолопом и остался!

- Идите-идите... Ваньку на кладбище проведайте. Цветочки возьмите. Поплачьте. Может, Бог и простит...

Я был взбешен! Однако затевать ссору не стал: все равно это ничего бы не дало. Забрав паспорт, взял чемодан и вышел из гостиницы. Пройдя несколько шагов, остановился в нерешительности. Куда идти?

«Степан Ильич!» - услышал вдруг женский голос. Оглядевшись, увидел: из-за стоящего неподалеку киоска выглядывала пухленькая женщина. Светлые волосы, круглое румяное лицо... Несмотря на то, что прошло столько лет, у меня не оставалось сомнений: передо мной Аня Бойко.

- Степан Ильич! Вы меня не узнаете?

- Конечно, узнаю! - улыбнулся я в ответ. - Такую замечательную девушку просто невозможно забыть.

- Я тоже вас не забыла, - покраснела она. - Как только Тоня сказала, что вы здесь... Ой! А почему вы с чемоданом? Уже собрались уезжать?!

- Как видно, придется, - вздохнул я. - Дело в том... Меня только что вышвырнули из гостиницы. И теперь не знаю, что делать. У меня ведь здесь никого нет.

- Не проблема, - отмахнулась Аня. - Поселитесь у меня, места хватит. И не возражайте! Я настаиваю...

- А ты не боишься? - уже в машине спросил я.

- Сплетен, что ли? - с усмешкой уточнила она. - Нисколько! Что нового о нас могут сказать? Для всех я так и осталась вашей тайной любовницей...

- Жаль, что узнал о твоих проблемах только сегодня. Нужно было сразу пресечь эти грязные разговоры.

- Да ладно вам! Что было — давно быльем поросло!

- Аня, а почему ты решила мне помочь? Ведь из-за меня у тебя опять могут быть неприятности.

- Плевать! Если честно, то мне тоже хочется понять, кто на самом деле погубил Ваню.

- Может, ты что-то об этом знаешь? - оживился я.

- Знать не знаю, но кое о чем догадываюсь... - ответила Анна. - А еще поняла, почему Тонька поспешила выселить вас из своей гостиницы.

- И почему же?

- Потом расскажу... - она притормозила возле небольшого частного дома. - Ну, вот мы и добрались...

В тот вечер больше ни о чем не говорили. Как видно, день был настолько полон впечатлений, что, как только я сел в кресло, сразу стал засыпать. Анечка поспешила расстелить мне кровать в уютной спаленке на втором этаже. Проснулся я поздно. Одевшись, спустился вниз. Аня уже приготовила завтрак.

- Ну что, выспались, Степан Ильич? - спросила она заботливо.

- Не скажу, чтобы очень хорошо... Впрочем, честно признаться, мне давно уже не спится по ночам. А в последнее время часто кошмары снятся, - тяжело вздохнув, я присел к столу. - Послушай, ты вчера говорила что-то о своих подозрениях относительно Антонины... - возвратился к неоконченной теме.

- Говорила, - кивнула Аня, подкладывая мне оладьи.

- А подробнее расскажешь?

- Попробую. Вы ведь помните, что с начала девятого класса Тоня встречалась с Ваней?

- Я не думал, что у них это серьезно.

- У Вани - да. Он очень Тоню любил. Но она ничего к нему не испытывала. Крутила и с ним, и с Мишкой. Калыванов хоть и был тупицей, зато папашу имел богатого. Вот Антонина и решила прибрать это богатство к рукам. Так что к самоубийству Ваню могла подтолкнуть несчастная любовь... - последние слова Аня произнесла с особенной грустью.

Спохватившись, озадаченно посмотрела на часы.

- Пора на работу, - произнесла виновато, залпом допила кофе и ушла.

А я, закончив завтрак, отправился на кладбище. Отыскав Ванину могилу, присел на стоящую рядом с ней лавочку. Смотрел на его портрет — и в памяти всплывали события тех далеких лет...

- Пришли все-таки, - вырвал меня из задумчивости хрипловатый женский голос.

Я обернулся. Передо мной стояла мать Ивана Савельева. Худая, сильно постаревшая...

- Добрый день, Варвара Матвеевна.

- Здравствуйте. Вот, услышала, что вы приехали, и... В общем, догадалась, что найду вас здесь. В голосе женщины не было ни раздражения, ни злости. Лицо оставалось спокойным.

- Варвара Матвеевна! Я хочу...

- Не нужно ничего объяснять, - остановила она. - Помню, что вы написали мне когда-то в письме. Правда, отписать вам не смогла. Собиралась, но не смогла. Мне ведь тогда самой жить не хотелось. Понимаете?

Не успел я ответить, как рядом с нами непонятно откуда появилась разъяренная Антонина.

- Зачем вы с ним разговариваете, тетя Варя?!

- Успокойся, Тоня, - устало попросила ее женщина.

- Успокоиться?! - истерично взвизгнула та. - Но ведь это, же убийца вашего сына!

- Тебе-то что здесь понадобилось? - хмуро поинтересовался у нее я. - Следишь за мной? Что, совесть нечиста? Или боишься, что я что-то опасное для тебя открою?

- Вот еще! - фыркнула Антонина. - Мало того что вы довели до смерти Ваню, так еще смеете подозревать в чем-то совершенно невинных людей!

- Это ты-то невинная? Ну-ну... Думаешь, выскочила замуж за мешок с деньгами, так откупишься от всех грехов?

Антонина побелела как мел. Не найдя что ответить, схватила Варвару Матвеевну за руку.

- Пойдемте отсюда! Слышите?! Это просто страшный человек! - заговорила быстро-быстро, но женщина покачала головой.

- Погоди, Тоня. И вы, Степан, зря не кипятитесь... Не стоит искать виноватых. Ване это уже не поможет, да и мне не принесет облегчения, - она хотела еще что-то добавить, но Антонина почти силой потащила ее по дорожке между могилами.

Я постоял еще минуту и тоже ушел с кладбища. А в обед рассказал Ане о сегодняшней встрече.

- Значит, я не ошиблась, - нахмурилась она. - Антонина явно чего-то боится. Но чего?.. И почему она за вами следила? Ведь не могла же она случайно оказаться в это время на кладбище?

- Не знаю, - произнес озадаченно. - Только осиное гнездо я уже разворошил. Теперь остается ждать, когда у настоящего виновника Ваниной смерти сдадут нервы. Он обязательно попытается на меня выйти, вот увидишь...

Остаток дня я провел, бесцельно прогуливаясь по улицам. Наконец возле меня притормозил роскошный черный джип. За рулем был Михаил.

- Эй, детектив! Поедем поговорим с глазу на глаз? - предложил он. - Если не боитесь, конечно!

Я сел в машину, хотя совсем не был уверен в разумности этого решения. Но если мне необходимо хоть что-нибудь выяснить, не следует избегать разговора с главными подозреваемыми.

- Не нужно было вам сюда приезжать, - не глядя на меня, начал Михаил. - Антонина уже почти все забыла. Вы же знаете, что она любила этого слизняка. Когда он в петлю полез, места себе не находила. Нашла, кого жалеть, мать его! Лично мне он всегда казался придурком. Что хмыкаете? Разве нормальный мужик станет вешаться? Впрочем, о покойниках нельзя плохо говорить... И вообще, мне плевать, что у них там с Тонькой было! Главное - что мы поженились, и я сумел сделать все, чтобы она была счастлива. Гостиницу для нее выкупил. По заграницам отдыхать возил. И тут, откуда ни возьмись, появились вы... Какого черта, спрашивается?!

- Хочешь знать? - нервно спросил я. - Отвечу. Чтобы выяснить, чью вину на меня свалили!

- Дорожку в рай расчищаете? - ухмыльнулся он. - Не получится! В общем, так, детектив-любитель, - продолжил угрожающим тоном. — Если завтра я встречу вас на улице, собственноручно пересчитаю, сколько у вас осталось зубов! И не рассчитывайте на помощь ментов. У меня с ними давно все схвачено. Усекли?

Я не ответил. Притормозив, Михаил высадил меня. Проводив взглядом машину, я медленно направился к дому Ани. Но не успел пройти и двух кварталов, как наткнулся на Юру. Узнав, с кем я только что общался, он затащил меня к себе домой. Я рассчитывал познакомиться там с его женой, но оказалось, что Юра так почему-то и не женился.

- Зачем ты, собственно говоря, это делаешь? - спросил он, когда мы уселись за наскоро накрытый стол.

- Я же тебе говорил: хочу выяснить истинную причину Ваниной смерти, - объяснил спокойно.

- А может, успокоить собственную совесть?

- Почему ты так считаешь?

- Понимаешь, Степан... - он помолчал. - Я много размышлял о твоем приезде. И знаешь, что понял? Если бы ты чувствовал себя невиновным, то не стал бы мучиться: Ведь фактически уже все обо всем забыли, и только тебе до сих пор неймется! И это неспроста, ох неспроста!

- Такие, значит, твои выводы, - усмехнулся я. - М-да, видно, зря считал тебя когда-то своим другом.

Я ушел от Юрия, даже не попрощавшись. Присел в тенек в сквере и задумался. В чем-то Юрка, конечно, прав. Я действительно мучился сомнениями и боялся взять на себя часть вины. До сих пор в этом никому не признавался, старательно прогоняя страшную мысль. Может, когда Иван пришел ко мне и сказал, что не сможет поехать учиться в Москву из-за болезни матери, он увидел на моем лице презрительную гримасу? Думаю, для парня это был удар. Ведь он не просто меня уважал, а считал своим идеалом. Что если я нанес ему тогда душевную травму? Этот вопрос беспокоил уже много лет...

- Степан Ильич, - вырвал из воспоминаний знакомый голос. — Постойте!

Я оглянулся. Меня догоняла Антонина.

- Степан Ильич, вы... В общем... Могу я с вами поговорить?

- Зачем? - осведомился сердито. - Ты ведь не хочешь иметь со мной ничего общего!

- Это правда. Я бы предпочла, чтобы вы сюда никогда не возвращались. Но раз вы здесь...

- Довольно слов! - оборвал я. - Что тебе надо?

- Хочу попросить, чтобы вы уехали. И как можно скорее! Немедленно! Навсегда!

- Ты чего вдруг боишься, что твои муж наломает дров?

- Неважно... - она избегала смотреть мне в глаза. - Просто не нужно докапываться до правды. Нет в этом никакого смысла!

- Тоня, скажи честно, что произошло? Ну, тогда... Иван узнал о том, что ты его обманывала с Михаилом?

- Кто вам это наплел? - вскинулась Антонина. - Анька? Забудьте. Она сказала так, потому что сама была по уши влюблена в Ваню. Только вот он совсем ею не интересовался! Ведь вы помните, какой толстухой она тогда была?

Я хотел уже ответить, как вдруг с другой стороны улицы к нам подошел Александр — сын Антонины. Судя по всему, парень возвращался из парикмахерской. Увидев мать, провел ладонью по «ежику» на голове:

- Ну что, теперь ты довольна?!

Антонина, молча, пожала плечами, а я снова задумался: кого же напоминает мне этот парень? Нет, не пойму!

- Пошли домой, - Антонина потянула сына за руку. Попрощавшись, они ушли. Постояв некоторое время в раздумьях, я направился домой к Анне.

- Как прошел день? - спросила она, когда я вошел.

- Достаточно продуктивно, - ответил я. - Кажется, все идет так, как и предполагалось... - и рассказал обо всех своих встречах и разговорах. - Вопрос в том, что они предпримут дальше... - поймав взгляд Ани, запнулся. - Слушай, а это правда, что ты была влюблена в Ваню?

- Почему это вдруг пришло вам в голову? - она была явно смущена столь неожиданным вопросом. - Или вам кто-то об этом сказал? Антонина?

- Она самая. Но ты не ответила на мой вопрос.

- Ну-у-у... - как видно Аня раздумывала, стоит ли говорить со мной столь откровенно. - Было дело, - призналась, наконец.

- Поэтому ты решила мне помогать?

- Возможно... А что еще, вам Тоня рассказала?

- Ничего. Но она явно что-то скрывает. Может быть, Антонина и сказала бы что-то важное, но нам помешал ее сын...

- Саша? Он был у меня сегодня в салоне. Подстригся.

- Я это заметил... Кстати, он мне кого-то из знакомых напоминает. Но кого?.. Никак не соображу... Сколько ему лет?

- Будет двадцать. Хороший парень. Антонина им безумно гордится. Он сейчас на каникулах. А вообще учится на физическом факультете университета.

Едва Аня произнесла последние слова, как мне все стало ясно. Выходит, Тоня не только с Мишкой крутила? Черт, почему я раньше ничего не замечал! Или они были настолько скрытны и хитры?! Мне даже стало жарко...

- Что с вами, Степан Ильич? - испугалась Аня.

- Ничего, - с трудом просипел я. - Просто вдруг понял, кто виноват в самоубийстве Ивана...

- И кто? - встрепенулась она. - Антонина?

- Не только. В этой драме задействован еще один персонаж, и ты его хорошо знаешь...

Выпив таблетку и успокоившись, я рассказал ей о своих предположениях. Теперь мы вдвоем восполнили все пробелы в этой истории.

- Как я раньше не сопоставила факты! - изумилась Аня. - Эта Тонькина навязчивая идея, чтобы у сына была короткая стрижка... Знаете, когда Сашка был младше, она почему-то устроила его учиться не в нашу, а в другую школу. Наверное, не хотела, чтобы мальчишку видели вместе с... этим оборотнем. Иначе бы все сразу поняли, кто его настоящий отец, они ведь страшно похожи!

- Он тоже подстраховался. Бороду нарочно отрастил, чтобы никто не заметил их сходства. Но я-то помню, как он выглядел двадцать лет тому назад. Я все помню!

- И что сделаете с этой информацией?

- Ничего. Завтра нанесу этому подонку прощальный визит, а потом уеду домой.

- И что? Выходит, все так и останется? - Аня не скрывала своего разочарования.

- Выходит... - протянул я. - Пойми, Аннушка, бесполезно обвинять эту парочку в том, что они предали чью-то любовь. Как известно, за это не судят.

- А людской суд? - возразила она. - Пусть весь город узнает, кто толкнул Ваню на самоубийство! Степан Ильич, миленький... Вы должны себя реабилитировать. Пусть правда восторжествует! Мне очень этого хочется!

Но я только покачал головой.

На следующий день забрал вещи и отправился к школе. Уселся на лавочке возле стадиона и стал ждать окончания уроков. Когда Юрий меня увидел, не сразу догадался о причине визита.

- Пришел попрощаться? Правильно. Как говорится, не стоит будить спящую собаку.

- Может быть, - усмехнулся я. - И все же мне удалось докопаться до истины... Один молодой человек помог.

- Кого ты имеешь в виду? - У Юры затряслись руки.

- Сам знаешь! А началось все с того, что ты закрутил роман с ученицей. С Антониной. Наверное, ты ей внушил, что Иван уедет отсюда учиться, а ты останешься. Что ты старше, умнее и надежнее. Что у тебя своя квартира. И она на это купилась... Видимо, Ваня застал вас вместе в постели, и...

- Но у тебя нет никаких доказательств! - вдруг фальцетом выкрикнул Юрий.

- К черту доказательства! Я тебе не прокурор, ясно?! Я просто знаю, как все случилось. Это ты подрался с Иваном. Поэтому он сказал матери, что его ударил учитель. Она решила, что я... Из-за того, что Иван отказался учиться дальше...

- И что теперь? Заявишь в полицию, что я дал в глаз какому-то сопляку двадцать лет назад?!

- Зачем же? Сам могу с тобой рассчитаться! - размахнувшись, я изо всех сил двинул ему в челюсть.

Охнув, Юрий упал навзничь. Несколько учеников подошли ближе, но не Стали вмешиваться.

- Это тебе за Ваню, ясно?! - произнес я и, схватив чемодан, и направился в сторону станции.

Поднявшись с земли, Юрий, не обращая внимания на своих учеников, побежал за мной.

- Подожди, Степан! Выслушай! Ты не понимаешь, она сама! Я же всего лишь сделал ей пару комплиментов, а эта дурочка возомнила черт знает что! Начала меня преследовать. А потом... Потом явилась ко мне домой. И начала раздеваться. Догола! А я... Ну как можно устоять?! Впрочем, ты меня не поймешь, потому что рос совсем в других условиях... И был женат.

- Ну-ну, и при чем здесь все это?! - холодно спросил я.

- Может, и ни при чем! Но что случилось, то случилось. Кто в молодости не делает ошибок? Сам не знаю, как до такого опустился! Ты даже не представляешь, как хреново я сейчас себя чувствую! Как самый последний подонок!

- Ты и есть подонок! - перебил я. - Соблазнил девчонку и парня ее погубил! Да еще на меня вину свалил...

- Послушай, я не предатель. Я твой друг. Просто все так сложилось... - Юрий попытался схватить меня за руку. - Степан, не уходи! Вспомни, сколько было между нами хорошего. И если бы не эта девка! Узнав, что Иван повесился, я был в шоке. А ее возненавидел. Потому что это она... она... - Юрка был на грани истерики. - Степа, скажи, что ты намерен делать? Расскажешь все матери Ивана?

- Ты сделаешь это сам. Иначе я все расскажу Михаилу. Пусть узнает, чьего сына он растил все эти годы...

- Нет! Ты не сделаешь этого! - визгливо закричал Юрий. - Слышишь, Степан? Стой!..

Не ответив, я пошел дальше. Мне не хотелось больше видеть эту трусливую мразь...

...Я проснулся оттого, что кто-то легонько коснулся рукой моего лба. Это вернулась с работы жена. «Степушка, тебе пришло письмо от Ани». Наконец-то! Я с волнением распечатал конверт и стал быстро читать. «Дорогой Степан Ильич! - писала Аннушка. - После Вашего отъезда столько всего произошло! На следующий день ко мне пришла Антонина. Она слышала о том, что вы ударили учителя физики, и догадалась, что вы обо всем знаете.

Поэтому рассказала мне о том роковом дне, когда случилась трагедия с Ваней.

Оказывается, он догадался об их связи и пошел к учителю, чтобы поговорить. Там оказалась Тоня. Ваня стал просить девушку уйти вместе с ним. Говорил, что любит и не представляет себе без нее жизни. Что готов все простить... И тогда физик начал над ним смеяться. Ваня кинулся на него с кулаками, но тот... В общем, учитель оказался сильнее. Избив Ваню, он вышвырнул его за дверь. Сначала Тоня хотела побежать следом, но не сделала этого. Говорит, что до сих пор жалеет: мол, надеялась, что сможет завтра все ему объяснить. Но для Вани уже не было «завтра»... Вскоре Антонина поняла, что у нее будет ребенок. Физик настаивал на аборте, и тогда она стала искать выход из сложившейся ситуации. Решила встречаться с Мишкой. Внушила ему, что ребенок от Ивана. Михаил очень любил Тоню, поэтому согласился признать ребенка своим. Кстати, оказалось, что он хороший отец. И Саша его любит. Именно из-за этого я пообещала Тоне обо всём молчать. Пусть все останется как есть, ладно? Нельзя допустить, чтобы Саша узнал, какой мерзавец его настоящий отец! Надеюсь, Степан Ильич, Вы не обижаетесь на меня за мое решение? Берегите себя. Аня».

Взяв свой мобильный, я написал Анне сообщение: «Письмо получил. Ты права. Спасибо!».

Вот так закончилась эта непростая история. Мои многолетние кошмары остались в прошлом. Наверное, потому что преступник разоблачен. А наказание? Наказание его обязательно постигнет. А может, он уже наказан?

Автор

Жанна Свет

Жанна Свет

Психология  

20.10.2020  

60  

Реклама Google / Яндекс